Он всегда с собой берет видеокамеру

А также фотоаппарат, чтобы запечатлеть не тронутые цивилизацией места

На земле осталось немало не  тронутых цивилизацией мест, где до сих пор пользуются каменными топорами и молятся языческим богам. Фотограф журнала «Geo» Леонид Круглов очень любит путешествовать по местам, где редко ступала нога европейца, и обожает снимать великолепные виды труднодоступных уголков планеты. Недавно в Казани открылась его фотовыставка в Государственном музее изобразительных искусств.

Семеро смелых покоряют мир

– Леонид, сейчас в самом разгаре ваш проект «Семеро смелых». Расскажите о нем…
- Мы решили устроить серию экспедиций по следам семи российских путешественников. Начали с пути Булатовича в Эфиопии, затем по дневникам Миклухо-Маклая исследовали Папуа – Новую Гвинею, далее посетили Дальний Восток арсеньевским маршрутом, а также бродили в Тибете по тропам Пржевальского. В ближайшее время едем в Индию по местам Никитина. После этого предстоит Великий северный путь, как когда-то путешествовали братья Лаптевы. И завершится все в 2008 году кругосветным плаванием. Результатом всего станут семь фильмов и репортажей для журнала «Geo». Кстати, заполняя анкеты на его страницах, каждый может стать участником этого путешествия.

– Подобные приключения обходятся очень дорого. Как вы зарабатываете на них?
- Одними фотографиями в России окупить затраты невозможно. Обычно едешь на свой страх и риск. Редко когда получаешь от журнала конкретное задание. Уходишь в экспедицию, набираешь материал, и только после этого, продаешь отснятые кадры заинтересованным лицам. Помимо этого, приходится снимать на видеокамеру и писать тексты. В последнее время с деньгами на путешествия стали помогать спонсоры.

Следи за собой, будь осторожен

– А бывало, что съемка по каким-либо причинам не получалась?
- Случается. Например, во время последней зимней экспедиции. Мы отправились искать морских цыган. Живут они на островах в Индонезии, и из-за кочевого образа жизни найти их очень сложно. Добирались мы до тех мест очень тяжело. На последнем этапе предстояло переплыть к заветному острову, но лодка оказалась не очень качественной. И когда до берега оставалось несколько метров, она перевернулась. Вся аппаратура утонула. У меня сохранилась только маленькая цифровая камера, которая была в водозащитном футляре. Когда мы дошли до деревни цыган, я неосмотрительно оставил ее в одной из хижин и пошел осматривать местность. Вернулся, и оказалась, что батарея разряжена. И только в Москве, когда поменял батарейку, увидел замечательную серию картинок (части рук, лица, размытые силуэты), сделанную цыганскими мальчишками. Оказывается, пока я отсутствовал, они схватили камеру и начали нажимать на кнопки.

Еще один провал был в Эфиопии. Местными племенами после окончания посевной устраиваются уникальные бои на палках. В этом действии принимают участие тысячи людей. В суматохе у меня на камере слетело кольцо конденсации, и в результате вся съемка была засвечена. Пришлось отправляться в это путешествие еще раз, чтобы все-таки запечатлеть ритуал.

Меняю семь автоматов на жену

– Вам не бывает страшно?
- Постоянно чего-то боимся. Паникуем. Я часто вспоминаю случай, который произошел со мной на горном Алтае. Мы готовили репортаж «По следам снежного барса». Решили снять зверя в условиях горной местности. На охотничьей тропе, которая проходила по крутому склону, сели в засаду. Спать там было невозможно. Ночью мне постоянно чудилось, что животное находится рядом, а я, как в фильме «Кавказская пленница», лежу связанный в спальном мешке. Но все обошлось.

Или во время тех же боев в Эфиопии. Помимо палок у местных жителей за спиной висит «Калашников», чтобы в случае неправильного судейства или спорной ситуации быстро разрешить вопрос. Однажды так и произошло. Стрельба возникла неожиданно и «заразила» всю толпу. Перед камерой падали убитые люди, и нашим проводникам пришлось сильно постараться, чтобы вывести нас из-под огня. Говорят, что после этого инцидента местные племена воевали друг с другом еще несколько месяцев.

– А откуда у аборигенов автоматы, ведь деньги они не признают…
- Единицей обмена являются коровы. Это их главное богатство. «Калашников» у местных племен стоит пять коров. Для сравнения, за жену нужно заплатить 35 коров. Вообще, о местных обычаях можно рассказывать очень долго. Все это есть в моих фильмах.

Раскрой в себе неведомые инстинкты

– Чаще представляет опасность природа или люди?
- Зачастую угрозой являешься ты сам. Мы, сами того не ведая, провоцируем окружающую среду. Не рассчитывая сил, лезем покорять невиданные вершины. Много проблем от того, что человек плохо себя знает.

– Как же можно лучше узнать себя?
- Во время паломничества. Это всегда внутренние преобразования. Ты постоянно меняешься. Как-то в тайге я попробовал идти и ни о чем не думать. Оказывается, в тебе просыпаются инстинкты, о которых раньше и не подозревал. Неповторимые ощущения.

Путешествие – не всегда удовольствие

– Какое из путешествий для вас оказалось самым сложным?
- В 1994 году в Папуа – Новую Гвинею. Это было мое первое серьезное путешествие к людям, которые живут на деревьях. Ни один европеец до этого не был в тех местах. Болота по колено, глухомань, пиявки, змеи, различные кровососущие насекомые. Постоянная влажность, как в бане, вещи мокрые и плюс ко всему нещадно палящее солнце. Нам тогда не было известно, как со всем этим бороться, и мы находились на грани выживания.

– Тогда количество ваших переводчиков  составляло 14 человек. Как вообще находите язык с аборигенами?
– Все происходит интуитивно. Есть определенная система подарков, совместная еда или распитие местных спиртных напитков. Главное – разговаривать на равных, не ставить себя выше. Даже если твой собеседник абсолютно,  казалось бы, дикий человек.

  Забери себе:

Читайте также:

• Развлечения в Казани: самые необычные места (Play-бар “Ферзь”, клуб “Silent Disco”, кафе “Циферблат”)
• Победительница Студзвезды Тамара Иванова проснулась и запела
• Исламская мода / Всероссийский конкурс дизайнеров мусульманской и национальной одежды “Islamic clothes”
• Роковая аритмия / Рок в Казани все еще жив
• Из Москвы с «Убыром» / Интервью с Наилем Измайловым

Хочу сказать