Интернет-проект, посвященный общественно-политической жизни молодежи Татарстана
23.05.2012
20:17
moltat.ru / Избранные публикации "МТ" / Культура / Шоу-бизнес / 25.10.07
- Жалко, что сегодня в КВНе очень мало литературных шуток, – сокрушается игрок со стажем Андрей Чивурин. – Когда-то в 86-м мы шутили о политике, и игра брала своей смелостью. Сегодня – экшном, действием. Конечно, КВН – это всего лишь отражение жизни – как живем, так и шутим. Однако нам хотелось, чтобы чистая шутка вернулась – поэтому появился конкурс «Биатлон». И получилось же доказать, что и сегодня ребята могут писать!
О том, какие еще проблемы заботят «монстров» КВН, рассказали редакторы Высшей лиги Андрей Чивурин и Леонид Купридо.
Леонид: КВН – это школа, из которой человек выходит специалистом. Он может быть сценаристом, шоуменом, телеведущим, актером. Три четверти телевизионного продукта сегодня делают кавээнщики. Конечно, не все нам нравится. Но главное – мнение зрителя. И если он смотрит…
Андрей: Нам нравится «Наша Раша», а Comedy – все-таки за гранью. КВН тоже порой обвиняют в пошлости, но и он может быть изящным! Категорически не нравится «Бла-бла шоу». Оно сделано из того материала, что когда-то мы вырезали у ребят из программ. Если люди не придумывают что-то новое, а достают шутки из мусорных корзин, это говорит о творческом кризисе. Но не предавать же нам их ежегодно анафеме! Вообще можно сказать, что на телевидении наши ребята работают вполсилы. А в КВН ты всегда играешь на пределе возможного.

Андрей: Из КВНа не уходят. Мы вот не ушли. Даже если человек покидает сцену, не становится автором, а работает в какой-то своей профессии, взгляд на мир у него все равно совершенно другой. А однажды приходит что-то вроде «Турнира десяти», и старенький Рембо КВНа возвращается. То, что большая конкуренция, кто-то постоянно дышит в спину – это только подстегивает. Постоянная смена поколений – это главный поршень КВНа. А сейчас мы разрабатываем проект, похожий по формату на «Вне игры», но выступать там будут как раз «бывшие» кавээнщики.
Леонид: Когда в стране развалился комсомол, КВН оказался одной из немногих организаций, которая смогла консолидировать молодежь. Потому что он никогда ни к чему не принуждал. А это важно. Смотрите, какой эффект: в начале девяностых на первый фестиваль КВН приехало всего несколько команд, а в этом году в Сочи их было уже 501! И мы отсмотрели их за пять суток (заметьте, не дней).
Андрей: КВН уникален тем, что он может существовать и без телевидения. Скажем, в Сургуте не сидит региональная комиссия, как у «Фабрики звезд», и не отбирает таланты. А КВН как явление есть в детских садах, школах и даже тюрьмах. Нам как-то показывали запись, где зэки играли с конвоирами, причем последние выводили первых на сцену под дула автоматов.
Телевидение требует и жертв. Почему, думаете, в КВНе все меньше импровизации? Потому что на фоне телевизионной динамики это смотрится тускло. Когда-то игра была совсем другой. Знаете, что разминка в одно время называлась: «Что? Где? Когда?». Выходил студент-физик и на полном серьезе задавал вопрос: «Сколько ионов содержится..?», и через положенное время команда давала совершенно четкий ответ. Но, конечно, начиная с полуфинала, в Высшую лигу вернется и «Разминка», и «Конкурс капитанов».
Андрей: Сегодня – мы отмечаем десятилетие Школы КВН. Да, принято считать, что КВН – это нечто каждый раз новое, но за 45 лет опыт все-таки накопился, и молодым командам есть чему поучиться. Как правило, школа оказывается для команд трамплином, который помогает ей сократить свой путь до Высшей или хотя бы одной из центральных лиг. Приехавших ребят мы разделяем на команды, причем стараемся сделать так, что если приехала команда из пяти человек, то все они попадут в разные коллективы. Репетируем, учимся. В конце состоится учебная игра, которую обычно судят «Четыре татарина». Пришлось ввести и спецкурс для руководителей команд – зачастую ребята не знают не только как искать спонсоров и удерживать их, но и не представляют, как правильно писать деловые письма. В наших планах – школа для музыкантов КВНа.

Леонид: С Казанью меня связывают не только деловые отношения. Совершенно необычным образом я нашел здесь свою сестру. Когда-то после войны наши родители потерялись, и мы друг друга не знали. Она смотрела игры, рассказывала потом, что они начали болеть за команду БГУ потому, что там «играл мальчик, очень похожий на ее папу». Ну а когда мы начали выигрывать и по телевизору назвали мою фамилию… Я приехал на гастроли в Казань, на вокзале ко мне подошли люди и спрашивают: «Леонид, у вас в Казани сестра есть?» Я мог только пожать плечами. Отмахнулись, поклонники мол. А потом моемся мы в баньке на берегу Волги, и заходит вдруг такой кавказский мужчина, говорит: «Выйдем?» Я немного перепугался, со мной еще двое ребят «для поддержки» вышли. Ну, а там она. Когда увидел, сразу все понял. Вот теперь жену с детьми в Казань привез – знакомиться.